В барах и группировках про него ходят легенды, как про сталкера, не
уступающего в профессионализме таинственному Призраку. По легенде
Борланд не просто выпутывался живым и практически невредимым из любой
передряги. Он неоднократно спасал жизнь другим сталкерам и справлялся с
миссиями, считавшимися невыполнимыми, иногда орудуя при этом совершенно
немыслимыми методами. Говорят везение, которое ему часто приписывали,
было лишь результатом хорошо просчитанных действий, в которых
вероятность успеха была выше, чем поражения. Однажды Борланд попытался
прорваться сквозь Заслон. В результате он решил, ни много, ни мало,
обстрелять ее из тяжелых орудий, установленных на модифицированном БТР,
и посмотреть, что случится. Была и проблема: у Борланда не было БТР, ни
модифицированного, способного переждать выброс, ни какого-либо другого.
Поэтому Борланд просто выкрал его у военных во время зачистки одной из
секций Барьера. Произошло это во время прорыва слепых собак на
Агропроме. Тогда Борланд здорово помог немного струхнувшим военным,
которые до этого слепых собак видели только на фотографиях, во время
теоретических занятий в учебке. Он метким выстрелом из «Энфилда L85»
убил вожака стаи. К счастью, их вел не контролер. Затем, распугав стаю
серией выборочных выстрелов, он как бы невзначай оказался рядом с
ранеными бойцами и кинул каждому по аптечке, совершенно им ненужной, но
в момент опасности воспринятой на ура. И лишь после этого командир
операции почувствовал, что что-то не так. Не обращая внимания на
трехэтажные маты, Борланд, рискуя нарваться на пулю, подкрался к
урчащему БТР и, выбросив перепуганного солдата, проехал на броневике по
собакам. Он руководствовался простым психологическим правилом: если
спасти человеку жизнь, то на некоторое время повергнешь его в ступор,
да и стрелять в тебя он точно не будет. Пока военные пытались
совместить в голове неожиданную помощь с наглым угоном военной машины,
сталкер исчез. Все оказалось слишком невероятным и, следовательно,
вполне возможным для Борланда. Можно было и не спрашивать, как Борланду
удалось скрыться с БТР, не оставив следов, и оказаться с ним у Заслона,
находящимся через пол-Зоны от места прорыва. Если бы кто-то узнал, что
в процессе сложнейшей переброски транспортера на территорию Рыжего Леса
Борланду удалось проехать часть пути вообще за пределами Барьера, то
последовала бы череда громких арестов и смещений в военной среде. Но, к
счастью для самих военных, никто не связал воедино два остановленных
прорыва, между которыми спокойно прокатилась военная машина,
примкнувшая к каравану себе подобных. Какова же была реакция оператора,
засекшего спустя несколько дней выстрелы с украденного броневика возле
Заслона в Рыжем Лесу, осталось тайной. Вероятно, он сделал то, что и
любой другой на его месте: похолодел, съежился и выпал в осадок. После
чего получил от начальства по ушам собственными же наушниками. Так как
Борланду хватило трех минут, чтобы убедиться в бесполезности
артиллерийской атаки Заслона, и уехать обратно на Милитари, что
автоматически делало показания оператора ложными. На всякий случай
Борланд вышел с ним на связь по найденной на листке блокнота частоте,
ровно на полторы секунды, и передал в эфир что-то типа «Гы-гы-гыы!»,
после чего оператор наверняка слег с приступом мигрени. Атаку на Заслон
Борланд предпринял, опять-таки, в самое сумасшедшее для Зоны время:
прямо перед выбросом. Когда вся фауна Зоны замирает, а люди в спешке
укрываются в подвалах и барах. Никто не знает, что происходит в моменты
выбросов, и что, собственное, выброс вообще такое, но ничто не выживает
в это время на открытой местности. БТР был вполне сносным убежищем, так
что Борланд без тени волнения проехал через Рыжий Лес, не встретив ни
одной живой души. На обратном пути его ждало удивительное зрелище. Ему
посчастливилось найти старательно замаскированный бункер, которых в
Зоне было множество. Одного из его обитателей, очевидно, оставили
умирать под выбросом, за какие-нибудь нарушения. А может, просто так.
Борланду это было неважно, однако смотреть спокойно он не мог. К тому
же жертва могла рассказать об этом убежище подробнее. Не выходя из БТР,
Борланд посигналил. Гудок у БТР был почище, чем у паровоза. Если бункер
служил убежищем от выброса, то он должен был быть герметичным и
звуконепроницаемым, так что сигнал услышать не могли. Парень от ужаса
подскочил и уставился на БТР. Борланд понял, что никакой опасности он
не представляет, и открыл люк. Гость мигом запрыгнул внутрь и сжался в
спинку сиденья. Но, стоило Борланду задраить люк снова, как парень,
явно движимый местью, бабахнул из орудия, установленного на крыше
транспортера, прямо по курсу, в дверь бункера. Борланд мигом успокоил
его хорошим ударом справа по челюсти, затем взглянул на экран прямого
обзора. Металлическая дверь бункера выдержала. Только Борланд намного
отъехал от этого места, как дверь начала распахиваться, и оттуда
показалась чья-то довольная морда. Борланд резко остановил броневик.
Человек в дверях уставился на него с изумленным видом, и тут, наконец,
произошел выброс. Человек упал, как подкошенный. Дверь бункера, ясное
дело, никто задраить не успел, так что можно было не сомневаться, что
все внутри погибли или превратились во что-то очень неприятное. Борланд
поскорее убрался подальше на Милитари. Он сумел восстановить простую
цепочку событий. Сам он обычно пережидал выброс под землей, как и все
остальные, и знал, что предугадать его с точностью до секунды
невозможно, так что обитатели бункера, скорее всего, спутали выстрел из
БТР с выбросом. Симптомы должны были быть очень похожими: глухой удар
наверху и легкое сотрясение земли. Решив, что опасность позади, бункер
открылся, после чего всех накрыло настоящим выбросом. Доехав до базы
«Долга», Борланд подарил им пленника и не нужный больше броневик.
Пленник был совсем не против сдать своих бывших товарищей, которые
оставили его умирать снаружи, и охотно поделился с «долговцами»
информацией. Бункер являлся одной из дислокаций группировки «Грех»,
самой отвратительной из всех. «Грешники» без разбору убивали вольных
сталкеров, как из-за хабара, так и ради удовольствия. Пленник клялся,
что он всего лишь одиночный сталкер, который был захвачен «грешниками».
Лгал, разумеется. Как бы то ни было, «долговцы» отпустили его на все
четыре стороны: если даже он и был одним из «грешников», то путь к
своим все равно ему заказан, а Зона разберется сама, сколько он
проживет. Глядишь, и перевоспитается.
Зато Борланду выразил
признательность Совет Кланов в полном составе за неоценимую помощь в
уничтожении одной из баз группировки «Грех». «Долговцы» оттарабанили
БТР к Барьеру, где его и нашли ничего не понимающие военные. Так
родилась легенда. А Борланд навсегда стал живой легендой Зоны. Целый
ряд дальнейших поступков Борланда лишь укрепил его репутацию. Если бы
он сам участвовал в распространении всех правдивых слухов о себе, то их
оказалось бы столько, что хватило бы на новый культ.
Взято из книги: «Песочные часы». Автор: Сергей Недоруб.
|
